-- Сжальтесь надо мной, умоляю вас!.. Пожалейте меня, -- со слезами продолжала молить девушка. -- Вы бедны, я сделаю вас богатыми!
-- Конечно, все это так, -- с напускной серьезностью возразил Педросо. -- Но вот вопрос: каким образом вы могли бы это сделать, если, предположим, мы оказались бы такими безумцами и согласились исполнить вашу просьбу?
-- Э, -- добавил Карнеро, -- лучше колибри в руках, чем коршун в небе, как гласит наша пословица. Как только вы окажетесь в своем лагере, вы тотчас же забудете о своем обещании, а если нам вздумается отправиться туда вместе с вами, или же явиться за деньгами потом, вы прикажете нас расстрелять, как собак.
-- Вот вам, берите, -- вскричала девушка, торопливо снимая с себя ожерелья и браслеты, -- берите эти драгоценности, разделите их между собой и отведите меня к отцу или позвольте мне самой вернуться к нему!.. Клянусь вам Гваделупской Богоматерью, что вы получите сполна все, что я вам обещала.
Бандиты жадно хватали драгоценности и торопливо прятали их в свои необъятные карманы.
-- Но все эти безделушки, сеньорита, -- заметил Педросо с насмешливой улыбкой, -- и так принадлежат нам по законам прерий... Это не может войти в счет размера выкупа за вас, к тому же, если бы мы даже и захотели отвести вас обратно в лагерь, то это, повторяю, невозможно.
-- А почему? Разве вы, стараясь завлечь меня в прерию, сами заблудились?
Бандиты молча покачали головами.
-- Отвечайте же мне ради самого Неба! -- воскликнула она в отчаянии.
-- Ив самом деле, -- заметил Педросо, -- почему бы нам не сказать вам всей правды?.. Пожалуй, вам даже полезно будет знать всю правду... дело вот в чем. Мы, даже при всем нашем желании, не можем отвести вас в лагерь, потому что мы оба, т. е. мой спутник и я, уже состояли на службе у вашего кузена, дона Мигуэля. Но нам не понравилось служить у него, и мы решили покинуть его, конечно, тайком... Теперь вы понимаете?..