Веселый смех в ту же минуту застыл на устах девушек.
Дона Сакрамента приложила палец к губам, тем самым прося незнакомца не выдать себя неосторожно произнесенным словом, а дона Жезюсита полушепотом сказала:
-- Уходите скорее, дон Мигуэль, сюда идет наш отец. Всадник исчез за изгородью, а минуту спустя уже снова послышался лошадиный топот; пеон поспешил отворить ворота, и дон Мигуэль въехал во двор с противоположной стороны.
-- О, -- проговорил пеон, -- дон Мигуэль де Сетина! Как будет рад мой господин. Он как раз вспоминал о вас всего лишь два дня тому назад... Мой племянник, должно быть, никогда не приедет! -- говорил он в дурном расположении духа сеньоритам, своим дочкам.
-- Ну, а я как раз и приехал, Жозе!.. Доложи обо мне дяде, пока я отведу лошадь в загон. Надеюсь, дон Гутьерре здоров?
-- Совершенно здоров, ваша милость. О! Он будет очень доволен вашим приездом.
-- В таком случае надо поскорее обрадовать его, поди и доложи ему обо мне.
-- Бегу, ваша милость, бегу.
С этими словами пеон быстро удалился.
Дон Мигуэль де Сетина -- мы теперь смело можем открыть имя незнакомца, коль скоро пеон так назвал его, -- занялся расседлыванием своей лошади и устройством ее в загоне. Однако делал он это так медленно и как бы нехотя, так что всякому становилось очевидным: молодой человек по каким-то непонятным причинам старался, насколько возможно, оттянуть момент появления перед юными девушками, которые так весело потешались над ним всего несколько минут тому назад.