Часовой вместо того, чтобы поднять тревогу, перегнулся через ограду и протянул новоприбывшему руку, чтобы помочь ему перебраться через нагромождение тюков.
-- Карай! -- шепотом проговорил караульный, как только друг его очутился внутри лагеря. -- Откуда это вы взялись, дружище, черт побери? Я уже начал приходить в отчаяние и решил, что вы не вернетесь.
-- Гм! -- отвечал тот. -- Я совершил длинное путешествие, дорогой сеньор Карнеро, и по очень плохим дорогам.
-- В этом я убежден, друг Педросо, но теперь не время болтать: ложитесь скорей и сделайте вид, что спите, иначе, если этот проклятый француз проснется, он непременно заподозрит, что вы гуляли при лунном свете.
-- Вы правы, дружище, -- отвечал Педросо, ложась на землю и закутываясь в плащ, -- осторожность никогда не мешает.
-- Ну, а что, все в порядке?
-- Все идет как нельзя лучше.
-- Вот это хорошо, -сказал Карнеро, потирая руки. -- Мне сдается, мы с вами обделаем хорошее дельце... Но, однако, довольно разговаривать, дружище, вы и сами знаете, как вредно болтать больше, чем следует.
И с этими исполненными мудрости словами достойный сеньор Карнеро вернулся к обязанностям часового.
Почти в ту же минуту поднялся один из спящих и, встряхнувшись, направился прямо к часовому.