-- Мы имеем дело с сильной партией, милостивый государь!
-- Это правда, но за вас право людей, недостойно нарушенное, и сам закон. Но будем лучше говорить откровенно: я не хочу, чтобы продолжалось более ваше беспокойство; я уже сказал вам, что вы мне были дружески рекомендованы одним из моих друзей...
-- И моим также, милостивый государь, -- сказал, кланяясь, дон Грегорио.
-- Хорошо, -- продолжал маршал, -- мой друг объяснил мне все дело очень подробно; так как у меня оставалось несколько дней впереди и мне хотелось сделать вам что-нибудь приятное, то я и принялся за дело.
-- Как, милостивый государь, вы были так обязательны?..
-- Исполнил только мой долг, милостивый государь. Выслушайте хорошенько вот что: я узнал, что в продолжение нескольких дней происходило сильное волнение между неграми в поместье господина Жозуа Левиса; я приказал ловкой сыскной полиции наблюдать за этой местностью. Я услыхал, что это волнение было возбуждено одним молодым невольником смешанного происхождения, недавно прибывшим на плантацию и выдававшим себя за принадлежащего к белой расе; он был продан в невольники вследствие гнусной интриги, жертвой которой он сделался.
-- Это Луис, сын моего друга! -- вскричал с живостью дон Грегорио. -- О, если бы только я мог его увидеть!
-- Подождите немного, -- сказал тихо маршал с тонкой улыбкой.
-- Простите меня, милостивый государь. Но если бы вы знали, если бы вы могли знать...
-- Имейте терпение, милостивый государь.