-- Честное слово, -- сказал он, -- я рад всякому, с кем можно поболтать: время проходит быстрее. Скажи, вождь, за что ты попал сюда?
-- Разве vorris не травят индейцев, как диких зверей? -- отвечал тот с горечью. -- Разве нужен предлог, чтобы убить краснокожего?
-- Правда, вождь, это, к несчастью, слишком очевидно. А давно ты в плену?
-- Текучая Вода попал в западню, которую он приготовил для других. Солнце достигло последних древесных ветвей, когда враги бросили его в эту дыру, как нечистое животное.
-- Гм! Это печально, вождь, тем более, что, по всей вероятности, ты выйдешь отсюда только на смерть.
-- Да будет благословен ее приход, -- отвечал индеец, -- так как мщение ускользнуло от Текучей Воды!
Наступило молчание. Оба размышляли.
-- Если бы тебе удалось выбраться из этой дыры, как ты метко выразился, -- сказал минуту спустя канадец, -- и получить свободу, был бы ты благодарен человеку, оказавшему столь значительную услугу?
-- Ему принадлежала бы моя жизнь! -- вскричал с жаром индеец. Но сейчас же он спохватился и возразил. -- Зачем напрасно говорить об этом? У всех бледнолицых лживые языки, к тому же мой брат -- такой же пленник, как я.
-- Это правда, но возможно, что я могу устроить твое бегство. У меня есть план. Хотя мой плен должен быть кратковременным, я не могу, однако, иметь большого доверия к слову человека, который заключил меня сюда противно всем человеческим правам, и я, не дожидаясь неясного завтра, убегу, быть может, вместе с тобой сегодня вечером. Я имею мало охоты плясать на конце виселицы.