-- Да, -- отвечал тот, отдавая ему кольца, которые канадец бережно прижал к груди, -- но, -- прибавил он, пристально глядя на него и взвешивая каждое слово, -- так как очень вероятно, что ты изменник или ловкий шпион, то останешься здесь до полного выяснения дела. Ты головой отвечаешь мне за свою искренность!
-- Я ничего лучшего не желаю, как остаться, -- сказал беспечно охотник, -- здесь или в другом месте, не все ли равно?! Однако, не понимаю, как я могу быть изменником, когда вы знаете, что я сказал правду?!
Охотник был поручен офицеру с приказанием беречь его и обращаться с уважением, какого тот вполне заслуживал своей откровенностью.
Лунный Свет позволил себя увести, не противясь нисколько. А генерал сел на лошадь, чтобы самому удостовериться в положении дел.
Лагерь действительно опустел, в нем не оставалось ни человека, ни лошади. Все свидетельствовало о поспешности, с какой мексиканцы удалились. Они пытались увезти несколько пушек и несколько повозок багажа. Но, обескураженные трудностями и расстроенные, вероятно, тяжелой новостью, оставили пушки и повозки там и сям. Ящики, наполненные боевыми снарядами, оружием, фуражом были разбросаны в беспорядке, как будто их хотели взять, но, торопясь, вынужденно оставили.
Направление, в котором удалилась мексиканская армия, легко было определить не только по глубоким следам на почве, покрытой грязью, но и по всевозможной утвари, одежде и оружию, растерянному по дороге. Это было не отступление, а бегство.
Напрасно старался генерал разрешить эту неразрешимую загадку.
Предводитель мексиканской армии не мог устроить ловушку. Все заставляло отвергнуть такое предположение: невозможно было допустить, чтобы даже опытный генерал с целью обмануть врага оставил ему пушки, снаряды и съестные припасы. Хитрость оказалась бы одной из самых неудачных, так как испанцы были лишены всего этого, и мексиканцы должны были это знать.
Проще всего было поверить словам охотника: генерал Итурбидэ разбит и взят в плен испанскими войсками, а мексиканцы, пораженные этим известием, поддались паническому ужасу и разбежались, как случалось это несколько раз в течение войны.
Однако испанский генерал, осторожный и опытный, не хотел рисковать, не посоветовавшись со своими офицерами.