Генерал слушал охотника с возрастающим удивлением, эта нервная речь невольно убеждала его. Перед ним первый раз находился типичный лесной бродяга, который в волнении резко и грубо высказал свои взгляды на жизнь цивилизованных людей. До сих пор таких странных натур он еще не встречал.
Разговаривая таким образом, генерал и канадец достигли брода, где утром бежал Сотавенто.
Отряд сделал минутную остановку. На другом берегу реки, на расстоянии около двух миль, начиналась цепь высоких лесистых гор. Огромный провал открывался среди этих гор и образовывал узкое ущелье, единственное место, где могли переправиться испанские войска.
Генерал изучал с возрастающим беспокойством мрачный пейзаж, раскинувшийся перед ним.
Все было молчаливо и печально кругом. Напрасно Карденас исследовал равнину в подзорную трубу. Он ничего не видел кроме скученных деревьев, среди которых, казалось, невозможно было проложить себе путь. По следам, оставшимся на почве, несомненно было, что мексиканская армия следовала через ущелье.
Генерал нахмурил брови и подозрительно взглянул на охотника.
Тот, отставший немного, чтобы натянуть подпругу у лошади, подъехал.
-- Понимаю! -- сказал он.
-- Что вы понимаете?
-- Я понимаю, что вы подозреваете меня, генерал, черт возьми!