Брошенные без погребения трупы становились добычей хищных животных. Взятые приступом города пылали, как зловещие маяки, и потухали в крови убитых жителей.
Мексиканцы, плохо вооруженные, плохо дисциплинированные, учившиеся на собственных поражениях искусству бить врагов, сражались с энергией отчаяния. Терпя беспрестанные поражения от опытных испанских войск, они не падали духом и твердо помнили свою цель. Их можно было перебить, но не покорить.
Ни в одной области Нового Света испанцы не встречали такого упорного сопротивления, как в Мексике, этой неистощимой сокровищнице различных богатств. Это сильно ослабило влияние Испании в Старом Свете и уронило ее престиж.
Возобновим, однако, наш рассказ.
Действие происходит между пятью и шестью часами вечера 23 сентября 1820 года, т. е. в самый разгар борьбы, в той же самой части вице-королевства Новой Испании, где разыгрались первые сцены этой истории, в провинции Когагуилу.
Благодаря своей отдаленности от центра восстания, эта провинция пострадала менее других. Следы войны, однако, являлись и здесь на каждом шагу.
Богатые и многочисленные гасиенды, покрывавшие прежде ее территорию, были почти все разрушены. Поля заглохли, деревни опустели, и страна представляла безотрадное зрелище.
Революция, жестоко подавленная испанцами, скрылась под грудами пепла и заявляла о себе на поверхности лишь глухим брожением.
Индейские гверильясы, никогда не прекращавшие партизанской борьбы, начали соединяться между собой, чтобы окончательно поразить кастильского колосса.
Восстание испанских либералов, причинив новые затруднения метрополии, вернуло Мексике не мужество -- недостатка его не замечалось во время всего периода войны, -- а надежду на успех. Обе стороны делали тайные приготовления, и с минуты на минуту мог произойти взрыв...