Молодая девушка сделала шаг вперед и, обернувшись к донне Эмилии, вскричала с тоской:
-- Слышите, мама? Слышите, что говорит дон Мельхиор? Я не хочу, чтобы он умер, я не хочу этого! Прикажите ему уйти.
-- Зачем мне приказывать ему? -- холодно отвечала донна Эмилия, -- дон Мельхиор был всегда нам предан. Он хочет умереть с нами. Ни ты, ни я не имеем права препятствовать ему!
-- Я этого требую, говорю вам, требую!
-- А почему, дочь моя?
-- Почему, -- вскричала она, обезумев от горя, -- почему, мама? Потому, что я люблю его, и не хочу, чтобы он умер!
Донна Эмилия оцепенела на мгновенье, узнав об этой любви, которую она боялась подозревать. В ней произошел буквально переворот. Свет озарил ее мозг, и, положа руку на плечо молодого человека, она сказала тихим, глухим от слез голосом:
-- Уезжайте, дон Мельхиор, моя дочь любит вас: вы не должны умирать!
-- Благодарю! Благодарю, мама! -- вскричала молодая девушка, падая в ее объятия и пряча голову на ее груди.
-- О, дайте, дайте мне умереть с вами! -- сказал молодой человек, с мольбой складывая руки.