Нет, -- отвечала она твердо, -- я не спасусь ценой подлости! Моя смерть в руках бога. Он может, если захочет, освободить меня.
-- Зови же на помощь твоего бога, безумная гордячка, но поспеши, так как через минуту будет поздно! -- с внезапно вспыхнувшей яростью вскрикнул индеец.
Вдруг, как будто бог хотел поразить хулителя, подобно громовому удару грянул залп мушкетных выстрелов, -- и около тридцати всадников появились на поляне, испуская грозные крики и нанося кругом удары саблями и ружейными прикладами.
Индейцы, считавшие себя в безопасности, были приведены в ужас этим внезапным нападением, к которому так мало были приготовлены. По случаю праздника даже оружие их было беспорядочно разбросано по поляне.
В первую минуту произошло ужасное смятение: индейцы падали, как слепые колосья, под страшными ударами охотников.
Женщины, наполовину обезумевшие от ужаса, с криками рассыпались во всех направлениях. Однако, некоторые воины отыскали свои копья и организовали сопротивление.
-- А! -- вскричал мажордом, схватывая на руки донну Диану, -- живая или мертвая, ты не уйдешь от меня! -- И, подняв молодую женщину как ребенка, он бросился к Теокали.
-- Мама! Мама! Ко мне, ко мне, на помощь! -- с ужасом вскричала молодая девушка.
Донна Эмилия бросилась на индейца и вцепилась в него, как львица.
Напрасно тот старался освободиться, материнская любовь удесятерила ее силы.