После этого потайная дверь тихо открылась, и показался Сотавенто, осторожно озиравшийся по сторонам.
Убедившись, что никто не мог его видеть, он сделал угрожающий жест и произнес глухим голосом:
-- Посмотрим!
Глава ХII. Посол
Несмотря на довольно удачное выполнение миссии, порученной дону Аннибалу, мексиканские инсургенты еще несколько часов обсуждали меры, от которых зависел быстрый и благоприятный результат нового подготовлявшегося восстания.
Отец Пелажио объявил союзникам, что на этот раз вожди революционной партии решили покончить с испанским правительством. Тайные общества и восстановленные масонские ложи избрали главой национальных войск полковника милиции Итурбидэ, воинская доблесть которого была лучшей гарантией успеха.
Полковник Итурбидэ, которому суждено впоследствии провозгласить себя императором под именем Августина I-го и пасть от пуль своих же подданных, был единственным способным командиром, каким располагали революционеры. Он служил в испанской армии и доказал правительству метрополии свою преданность в сочетании с жестокостью.
Этот человек умел добиться своего и был очень выгодным приобретением для революции.
На этот раз мексиканцы хотели избежать досадной ошибки, допущенной ими раньше и едва не погубившей всего дела. Вот как это произошло. В 1814 году испанские войска, разбитые во всех сражениях, готовы были уступить революционной партии, основы которой, казалось, прочно утвердились на территории Новой Испании. Генерал Морельс, один из самых влиятельных либералов, втайне сочувствовавший учреждению республики наподобие североамериканских Соединенных Штатов, думал, что настала пора созвать Национальный Конгресс.
Этот конгресс, состоявший сначала из двенадцати депутатов, открыл свои заседания в Апатзингане, потом в городе Шипансинго, где он начал издавать декрет за декретом. Но едва власть гражданская утвердилась рядом с военной властью, как вместо единодушия началась взаимная борьба, и этот несчастный конфликт привел к печальным результатам. Конгресс, стесняя полномочия генерала-аншефа и тормозя его действия при всяком удобном случае, почти отнял у него возможность что-нибудь сделать.