-- Да, с одним условием.
-- Знаю, знаю, всегда ведь при этом есть условие. Какое же?
-- Ты, конечно, поверишь, что мне было очень трудно добиться денег, милый Жак?
-- Конечно, я уж давно теперь знаю, что добиться денег страшно трудно.
-- Так вот, видишь ли, лицо, от которого я получила их, знает тебя... и обвиняет в мотовстве.
-- О, какая клевета! Потому что я играю...
-- Именно в этом-то и обвиняет тебя этот человек, Жак.
-- Но, сестрица, я ведь дворянин! Как же мне отставать от знатных товарищей? Не могу же я держаться между ними, как какой-нибудь tire -- laine... Они играют, и я играю. Что тут дурного?
-- Я, Жак, и не вижу в этом ничего дурного, и, поверь, не я упрекаю тебя.
-- Знаю, это тот, другой?