Девушка звонко расхохоталась.
-- Боюсь, что ты неисправим, Жак!
-- Да ведь и я боюсь, -- подтвердил он, опуская деньги в карман. -- Ну, скажи же, однако, что мне конкретно надо делать?
-- Видел ты графа дю Люка? -- спросила Диана.
-- Parbleu! Мы с ним особенно дружны теперь.
-- Так ты точно знаешь, что он не признал в тебе своего противника в "Клинке шпаги"?
-- Как ты наивна, Диана!
-- Я? -- повторила она, удивляясь такому замечанию.
-- Sang Dieu! Конечно, ты! Хотя я и очень искусно был загримирован, но, признаюсь, немножко беспокоился на этот счет, и, знаешь ли, что придумал? В одно прекрасное утро я отправился в гостиницу "Единорог", где живет граф, и прехладнокровно объявил ему: "Милый граф, я пришел извиниться перед вами". Граф стоял, как ошеломленный. -- "Несколько дней тому назад, -- продолжал я, -- случай заставил меня быть секундантом одного человека, которого ни я, ни вы не знали, вы дрались с ним, и мне таким образом пришлось быть в числе ваших противников". -- "Решительно ничего подобного не помню, милый мой де Сент-Ирем, -- приветливо отвечал граф, -- вы, верно, ошибаетесь". -- "Нисколько, вы не помните этого, потому что я был переодет... Дело касалось репутации одной дамы, вы позволите, конечно, умолчать об этом..." -- "О!" -- воскликнул граф, махнув в знак согласия. -- "Так вы не сердитесь на меня?" -- "В доказательство вот вам моя рука!" -- "Я очень счастлив, милый граф!" -- вскричал я, горячо пожав протянутую руку. -- С этой минуты, милая сестрица, мы с ним лучшие друзья. Да, этот граф дю Люк делает быстрые успехи, он теперь один из первых между нашими утонченными.
-- Ты ловко вывернулся.