Они обменялись рукопожатием, и де Теминь лишился сознания.
Дуэль между Бассомпьером и де Лераном, ранившими друг друга, тоже кончилась, оставались только маркиз де Лафар и де Сент-Ромм. Маркиз, почти мальчик по летам, тонкий, стройный и ловкий, быстро наносил противнику удар за ударом. Барон де Сент-Ромм, напротив, Геркулес по сложению, тяжелый, неповоротливый, никак не мог задеть шпагу молодого человека; царапины, которые он беспрестанно получал, раздражали его и еще больше лишали необходимого при поединке хладнокровия.
-- Сдайтесь! -- говорила ему беспрестанно обступившая их молодежь.
Де Сент-Ромм продолжал драться и вдруг, неожиданно бросившись на противника, выбил у него из рук шпагу, сбил при этом его с ног и стал коленом на грудь.
-- Сдаетесь, мсье де Лафар? -- насмешливо спросил он.
-- Ну, конечно! -- отвечал, расхохотавшись, молодой человек. -- Признаю теперь, что вы искуснее меня.
-- Мне хотелось посмотреть, как вы владеете шпагой, -- сказал де Сент-Ромм. -- Я имею честь знать вашего отца и принадлежу к числу самых близких его друзей.
-- В таком случае будьте и моим также и скажите моему отцу, что я храбро дрался.
-- Непременно.
Раненым перевязали раны и на носилках разнесли их по домам; унесли и тяжело раненного де Круасси. Остальные вернулись в ресторан, где их ожидал уставленный блюдами и винами стол, и стали весело есть и пить.