-- Нисколько! -- возразил, смеясь, маркиз. -- Это вино пьяно, а я только под влиянием его.
-- Очень рассудительно сказано! -- проговорил еще больше него опьяневший де Сент-Ромм. -- Но вы не умеете пить, мой юный друг, да у вас два стакана в одной руке, ну, разумеется, один вы и роняете.
-- Хороши они оба! -- заключил шевалье де Гиз.
-- Дело в том, что раны всегда особенно возбуждают жажду, -- пояснил Бассомпьер. -- Но мы уж не умеем пить, друзья мои, мы стараемся!
-- Говорите за себя! -- запротестовали остальные.
-- Я с себя и начинаю, -- продолжал Бассомпьер. -- И докажу вам эти слова одним случаем из своей жизни, если хотите.
-- Докажите, докажите! Это будет очень интересно,
-- Мне было двадцать пять лет, -- начал Бассомпьер. -- Я командовал швейцарцами. Король Генрих Четвертый поручил мне набрать шесть тысяч человек и отправиться в экспедицию. За полтора месяца это было сделано. В день отъезда после плотного завтрака я стал прощаться с почтенными представителями тринадцати кантонов. Они взяли каждый по стакану с вином и пожелали мне счастливого пути. "Подождите минуту, господа, -- отвечал я, -- у меня нет стакана чокнуться с вами". Сняв сапог, я велел хозяину ресторана наполнить его вином -- туда вошло пятнадцать бутылок, -- взял его за шпору, выпил залпом и опрокинул, чтобы показать, что в нем не осталось ни капли. Теперь так не пьют больше! -- заключил он, грустно покачав головой.
-- Да, -- сказал, смеясь, шевалье де Гиз. -- Мы пьем в стаканах, это миниатюрнее, но зато чище.
В это время дверь отворилась и вошла дама, закутанная в плащ, голову ее закрывал капюшон, а лицо -- красная маска.