-- Милая Мари, ты так радостно и так мило меня встречаешь, что я бы с удовольствием осталась у тебя как можно дольше.
-- Кто же тебе мешает?
-- Да ведь ты знаешь, я живу на краю города, приехала на лошади с моим мажордомом и, правду сказать, боюсь в темноте ехать с ним одним домой; мэтр Ресту хоть и очень храбрый человек, но никогда не отличался неустрашимостью какого-нибудь Роланда или Рено.
-- Ни даже Амадиса Галльского, не правда ли, милая? -- произнесла с хитрой улыбкой герцогиня.
-- Нет, злая. Впрочем, ему уже около пятидесяти, а это ведь безопасный возраст.
-- Ну, я смотрю на это иначе. Лета, по-моему, ничего не значат; я сужу по лицу. Так с чего же мы начнем?
-- Сначала поговорим; я приехала именно для этого; и поговорим совершенно откровенно, если позволишь, милая Мари.
-- О, Жанна! Наконец-то ты решилась отбросить свою сдержанность!
-- Ах, милая, мне обстоятельства не позволяли держаться иначе!
-- А теперь они разве переменились?