-- Да, графиня: он приехал в три часа утра, -- отвечал пастор, вздохнув при воспоминании о несчастном сержанте.
-- Только-то?
-- Извините, графиня, он привез вам письмо от герцогини де Роган. Вот оно.
С этими словами пастор почтительно подал его Жанне.
-- Почему же вы так поздно мне его отдаете, если в три часа утра оно уже было в Париже?
-- По совершенно не зависящим от меня обстоятельствам, графиня, я получил его очень поздно и сейчас же поспешил с ним к вам.
-- Я нисколько не сомневаюсь, мэтр Грендорж, но признайтесь, что все это тем не менее очень неприятно.
-- Действительно очень неприятно, -- подобно эху повторил пастор, грустно опустив голову.
Жанна дю Люк была еще очень молода. Она была в полном смысле слова совершенно избалованный ребенок. Несмотря на то что она очень любила мэтра Грендоржа и хорошо знала высокий строй его души и беспримерную преданность, она никогда не пропускала случая подразнить его.
-- Да, это очень неприятно, -- продолжала она. -- Так это письмо от моей доброй подруги, герцогини де Роган? Вы не знаете его содержание?