-- Там никто и вниманья на нас не обратит, -- сказал капитан, предложивший его, -- а оттуда мы отправимся окончательно в Компьен, где расходятся дороги по всему королевству.
Граф дю Люк прибавил только, чтоб мадмуазель де Сент-Ирем непременно освободили до их отъезда из Парижа.
-- Теперь, -- продолжал капитан, -- мы знаем каждый свое место, и нам остается только отправиться по назначению. Вы, граф, перейдя мост, остановитесь у Бронзового Коня и три раза снимите шляпу; около вас сейчас же соберется пятьдесят человек, которые скажут вам пароль. Я за них отвечаю, как за себя самого... В четыре часа утра, -- прошептал он на ухо Оливье, -- я жду вас с лошадьми у Монмартрских ворот. Они разошлись.
-- Да! -- проговорил про себя капитан. -- Я знаю, где найти своих молодцов; они не тронутся с места, пока не увидят меня; но мне надо кое-что еще разузнать.
Он отправился к реке; там у плота стояла лодочка. Капитан прыгнул в нее, лег на спину и оттолкнулся от берега.
-- Жаль, что нельзя заснуть, -- посетовал он, -- а хорошо бы.
Новый мост представлял в это время преоригинальную картину.
Ночь была тихая, безоблачная, по берегам ни души; окутавший их сумрак только кое-где расступался, давая место беловатым, светлым полосам от луны и звезд.
На самом же мосту кипела жизнь. От зажженных факелов на небе стояло целое зарево; со всех сторон слышались крики, смех, бестолковая, шумная музыка у всех фокусников, стук алебард, которым дозорные отгоняли народ с середины моста; в довершение этого гвалта гудели колокола Нотр-Дама и других церквей города.
Скоро должна была начаться процессия. Невдалеке от капитана послышался легкий шум.