-- Вы, может быть, ближе к истине, чем думаете сами. Итак, мужайтесь, брат!
-- Сегодняшняя счастливая встреча сделала из меня совсем другого человека, -- сказал Тигреро, вставая.
Охотник положил ему руку на плечо.
-- Позвольте минуту, -- сказал он, -- прежде чем мы выедем отсюда, где мы так счастливо встретились, условимся, что нам делать, чтобы впредь не случилось какого-либо недоразумения.
-- Хорошо, -- отвечал дон Марсьяль, -- составим договор по индейскому обычаю, и горе тому из нас, кто изменит ему.
-- Прекрасно сказано, друг! Вот мой кинжал, брат, пусть он служит вам, как он служил мне, отмщать за ваши обиды и за мои.
-- Принимаю его перед лицом неба, которое беру в свидетели чистоты моих намерений, и примите мой в замену, возьмите половину моего пороха и моих пуль, брат.
-- Принимаю. Вот половина моих снарядов, мы не можем в будущем стрелять друг в друга. Все между нами общее: ваши друзья будут моими друзьями, вы назовете мне ваших врагов для того, чтоб я помог вам отмстить. Лошадь моя принадлежит вам.
-- Моя принадлежит вам, через несколько минут я отдам ее вам.
Потом оба друга ударили рука об руку, устремив глаза к небу и протянув правую руку вперед, произнесли следующие слова: