Ралье расхохотался.
-- Друг мой, -- отвечал он, -- вы поймете, когда придет время. Будьте спокойны! Знайте только, что, действуя таким образом, я буквально исполняю инструкции Валентина, моего и вашего друга. Не даром прозвали его уже давно Искателем Следов. Притом, вы знаете поговорку лугов, всегда казавшуюся мне чрезвычайно справедливой: "Самая краткая дорога от одного пункта до другого идет изгибом". Мы едем изгибом -- вот и все. Притом во всем, что будет происходить, вы должны остаться зрителем, а не действующим лицом, и повиноваться мне во всем, что я прикажу. Эта роль вам не нравится?
Француз говорил все это тем веселым тоном и с тем очаровательным добродушием, которые составляли основу его характера и завоевывали ему любовь всех, с кем сводил его случай.
-- Я буду охотно повиноваться, вам, сеньор дон Антонио, -- отвечал Тигреро. -- Доверие нашего общего друга к вам служит мне ручательством ваших намерений. Располагайте же мной, как хотите, не опасаясь ни малейшего возражения с моей стороны.
-- Прекрасно сказано! -- заметил, смеясь, банкир. -- Прежде всего, любезный сеньор, вы сделаете мне удовольствие -- перемените костюм.
-- Переменить костюм! -- вскричал Тигреро. -- Но вам надо было сказать мне заранее!
-- Ни к чему, любезный сеньор: у меня здесь есть все, что вам нужно.
-- Здесь?
-- Посмотрите-ка, -- сказал банкир, вынимая из одного кармана кареты платье францисканца, а из другого сандалии и веревку, -- вы уже надевали этот костюм.
-- Точно.