-- Боясь, -- продолжал он, -- чтобы лошади не заблудились, я побежал за ними; их легко было поймать, только одна не допускала к себе, она бросилась в середину скалы, и я принужден был идти за нею.
-- Понимаю: лошадь таким образом довела вас до входа в грот.
-- Именно! Она остановилась у самого входа, и я без труда схватил ее.
-- В самом деле, как это странно! И вы вошли в этот грот, Карнеро?
-- Нет, я счел своей обязанностью предуведомить вас.
-- Вы были правы. Ну, мы пойдем туда вместе, возьмите факелы и укажите мне дорогу. А! Не забудьте взять оружие: неизвестно, с кем можем иметь дело в пещерах, открытых таким образом, с людьми или с хищными зверями.
Это было сказано с сарказмом, который, несмотря на наружное равнодушие, заставил капатаца внутренне затрепетать.
Пока он исполнял приказания своего господина, тот выбрал между пеонами шесть человек, на которых мог положиться более, чем на других, приказал им взять ружья, а другим велел хорошенько караулить, но не начинать никаких работ до его возращения, а капатацу велел идти вместе с ним. Карнеро смотрел неодобрительно на распоряжения своего господина, но, вероятно, счел неблагоразумным делать замечание, потому что молча опустил голову и направился к груде скал, закрывавших вход в грот.
Эти груды гранита, нагроможденные одна на другую без всякого порядка, казались, однако, не игрою случая, а, напротив, походили на остатки какой-то грубой, но прочной постройки очень отдаленных времен.
Мексиканцы прошли довольно легко скалы и скоро очутились перед мрачным отверстием пещеры. Начальник приказал пеонам остановиться.