В ту минуту, когда всадник, за которым мы следуем, приехал в Букарели, последние экипажи выезжали оттуда, и скоро там сделалось так же пусто, как и в Аламеде. Он два или три раза проскакал галопом, осматривая перекрестные аллеи, в конце третьего круга всадник, приехавший из Аламеды, быстро проехал по правую его руку, сказав ему шепотом мексиканское приветствие:
-- Бесподобная ночь, кабальеро!
Хотя эта фраза не имела ничего особенного, всадник вздрогнул, немедленно повернул свою лошадь и поехал по одному направлению с тем, кто сказал эти слова.
Через минуту оба всадника ехали рядом; первый, как только увидел, что за ним следуют, тотчас замедлил бег своей лошади, как будто имел намерение войти в более прямые сношения с тем, с кем он заговорил.
-- Прекрасная ночь для прогулки, сеньор, -- сказал первый всадник, вежливо поднося руку к шляпе.
-- Действительно, -- отвечал второй, -- хотя уже становится поздно.
-- Тем лучше для некоторых разговоров.
Второй всадник осмотрелся вокруг и, наклонившись к первому, сказал:
-- Я почти отчаялся встретить вас.
-- Ведь я вас предупредил, что я приеду.