Капатац зажег восковые свечи от лампад, поставил их на стол, потом подвинул к Тигреро две бутылки и два серебряных стакана и сел напротив своего гостя.
-- Вот херес настоящий -- ручаюсь вам, а эта, другая бутылка чингирито, обе к вашим услугам, -- сказал он, смеясь. -- Предпочитаете водку или вино?
-- Благодарю, -- отвечал дон Марсьяль. -- У меня нет охоты пить.
-- Вы не захотите меня оскорбить, отказавшись чокнуться со мной.
-- Хорошо, я выпью, если вы позволите, несколько капель чингирито с водой, единственно для того, чтобы доказать вам, что я ценю вашу вежливость.
-- Хорошо, -- сказал капатац, подавая Тигреро хрустальный графин, оправленный в серебро филигранной работы.
Когда они выпили, капатац стакан хереса, а Тигреро несколько капель чингирито с водой, капатац поставил стакан на стол и сказал:
-- Теперь мне надо объяснить вам, зачем я привел вас сюда так таинственно, чтобы рассеять сомнения, которые могли невольно закрасться к вам в душу.
-- Я вас слушаю, -- отвечал Тигреро.
-- Возьмите же сигару, они превосходны.