-- Дон Валентин, прежде чем отправиться по следам, почувствовал в сердце жалость, вспомнив о том, как беспокоился мой отец. Он приказал своему брату с голубиными глазами написать вам это письмо, а мне доставить его.
С этими словами он вынул письмо, которое было тщательно спрятано под повязкой, охватывающей его лоб, и подал дону Тадео. Тот быстро взял его и стал
пожирать глазами.
-- Спасибо! -- сказал он, прижимая письмо к груди и пожимая руку индейца. -- Спасибо! Мой брат сердечный человек, его преданность возвращает мне бодрость. Он останется со мною и, когда настанет время, проводит меня к дочери.
-- Мой отец может положиться на меня, -- просто отвечал Жоан.
-- Я уверен в этом, Жоан. Сегодня не в первый раз я узнал вашу верность и честность. Вы останетесь у меня, мы станем говорить о наших друзьях и тем разгоним свою тревогу.
-- Для моего отца я то же, что конь для всадника, -- почтительно отвечал Жоан и, поклонившись, хотел выйти.
-- Задержитесь на минуту! -- сказал дон Тадео, ударив в ладони. Явился слуга.
-- Я приказываю, -- повелительно сказал дон Тадео, -- всемерно заботиться об этом воине. Он мой друг и волен делать, что хочет. Выдавать ему все, что он потребует. -- И затем, обращаясь к Жоану, прибавил:-- Теперь, мой друг, можете идти.
Индеец вышел, сопровождаемый слугою.