-- А где письмо? -- вдруг спросил Черный Олень.
-- Письмо? Какое письмо? Я ничего не понимаю.
-- Письмо к начальнику Консепсьона, которое вы везли к нему.
-- Я?
-- Да.
-- У меня нет письма.
-- Мой брат хорошо говорит, но аукасские воины не бабы. Они найдут, что от них прячут. Пусть мой брат сойдет с лошади.
Дон Рамон повиновался. Сопротивление было невозможно, да он и не думал сопротивляться. Когда он сошел на землю, лошадь увели; сенатор вздохнул, разлучаясь со своим конем.
-- Пусть бледнолицый следует за мной! -- приказал Черный Олень.
-- Гм, -- замялся дон Рамон, -- куда ж мы это пойдем?