-- Для аукасов нет тайны, -- сказал он, -- если они задумают узнать что-нибудь. Антинагуэль знает все, что здесь происходит.
-- Но это невозможно! -- вскричал дон Грегорио.
-- Пусть мой брат слушает, -- спокойно отвечал предводитель, -- завтра, с восходом солнца, отряд в тысячу человек выйдет из Вальдивии, чтобы везти в Сант-Яго пленника, которого бледнолицые называют генералом Бустаменте. Так ли?
-- Да, -- отвечал дон Грегорио, -- надо сознаться, что все, что вы говорите, совершенная правда. Но кто уведомил вас об этом? Вот что странно.
-- Тот, от кого я узнал про это, -- отвечал с улыбкой ульмен, -- говорил не мне и не думал, что я услышу его слова.
-- Пожалуйста, предводитель, объясните нам подробнее, -- сказал дон Тадео. -- Мы стоим, словно на горячих угольях, нам необходимо узнать, от кого враги наши получают известия о наших движениях.
-- Я вам говорил, что следовал за отрядом Антинагуэля, и должен прибавить, что порою обгонял его. Третьего дня, при восходе солнца, токи достиг долины, на которой был праздник. Скользя как змей в высокой траве, я обогнал отряд на двадцать шагов. Черный Олень, как только увидал великого токи аукасов, направился к нему, и так как я не сомневался, что эти люди обменяются новостями, которые нам пригодятся, то подполз как можно ближе, чтобы не потерять ни слова из их разговора, и таким образом, сами не подозревая того, они объявили мне свои намерения.
-- Свои намерения? -- с живостью спросил дон Трегорио. -- Что ж они, нападут на нас?
-- Антинагуэль хочет освободить генерала Бустаменте. Тот обещал возвратить индейцам Вальдивию, если они помогут ему возвратить прежнюю власть.
-- О, -- сказал дон Грегорио, -- это легко сказать, но трудно сделать.