-- Так это я вас должен был встретить здесь, друг мой? -- сказал Ягуар печально.
-- Да, судьба, кажется, непременно хочет, чтобы мы встречались друг с другом на поле брани.
-- Я уже составил себе понятие о силе вашей крепости, -- начал Ягуар, -- и, признаюсь, вполне оценил трудность выпавшего на мою долю предприятия. Я почти готов признать сейчас, что оно не только трудно, но и невозможно.
-- Увы! Мой друг, так распорядилась судьба. Мы не можем не подчиняться всем ее капризам. С болью в сердце, но я решился исполнить долг мой, как следует честному человеку, и умереть, если будет надо, на развалинах крепости, лицом к вам.
-- Брат мой! Я знаю это, но не могу желать вам этого. Я тоже хочу до конца исполнить то дело, которое предстоит мне.
-- Да, таково ужасное положение, создаваемое междоусобной войной, что два человека, любящие друг друга, расположенные один к другому и взаимно уважающие один Другого, вынуждены быть врагами.
-- Бог и наша родина будут судить нас, совесть же наша будет чиста. Здесь сражаемся не мы, но сталкиваются те начала, которые мы выражаем и проводим в жизнь.
-- Я не знал, что вы командуете инсургентами, осадившими крепость, но какое-то тайное предчувствие говорило мне о вашем присутствии.
-- Это удивительно, подобное предчувствие было и у меня: мне также говорило что-то, что вы близко и я увижу вас -- вот поэтому-то я и настаивал так на свидании с комендантом крепости.
-- Вот это самое обстоятельство и заставило меня не показываться, но вы требовали этого -- и вот я перед вами. Уверяю вас, что я хотел избегнуть этого свидания, которое, как видите, весьма тягостно для нас обоих.