Все описанные нами события со всеми сопровождавшими их случайностями и мелочами продолжались целый день, так что полный порядок был восстановлен только лишь за час до захода солнца.
Командование корветом капитан Джонсон поручил дону Серафину, дона Кристобаля назначил помощником, а Рамиреса -- боцманом, сам же он оставил за собой командование бригом.
Когда все было готово, капитан Джонсон приказал поднять на корме корвета мексиканский флаг и немедленно направиться в Гальвестонский пролив.
После этого он вернулся на свой бриг вместе с Эль-Альфересом, благодаря решительности и хладнокровию которого техасское революционное правительство положило основание своему флоту.
Успех превзошел все даже самые смелые ожидания и надежды инсургентов, но это было еще не все. Ступив на свое судно, капитан Джонсон приказал техасский флаг повернуть вверх ногами и повесить над ним мексиканский.
Бриг тотчас поставил паруса и пошел следом за корветом, стараясь держаться под огнем его батарей, как будто и он действительно взят в плен корветом.
Матросы и офицеры не могли понять этого маневра, но так как видели, что капитан их посмеивается, то не сомневались, что он задумал какую-нибудь новую хитрость, и несмотря на весь стыд, который испытывали, видя подобное надругательство над своим флагом, сдерживали ропот в надежде на скорый реванш.
Население Гальвестона с самого раннего утра было охвачено сильнейшим беспокойством. И стар и млад высыпали на мол и издали следили за ожесточенной гонкой двух судов, которые затем скрылись из глаз. Города достигло несколько звуков пушечных выстрелов, повторенных утесами на противоположном берегу залива. Очевидно, завязалась битва, но каков был исход ее? -- вот вопрос, который волновал городское население, который каждый задавал себе и окружающим. Но никто не мог ответить -- или не хотел, так как, очевидно, в толпе должны были находиться и более сведущие в этом отношении люди.
Молчание форта и батарей также казалось необъяснимым; никто не мог понять, почему бриг не был пущен ко дну, как только Он поравнялся с фортом. Но вдруг раздались радостные крики: ура! виват! В устье пролива показался корвет и вел за собою бриг. На обоих судах гордо развевались мексиканские флаги, а флаг техасский позорно висел вверх ногами под флагом мексиканским.
Радость зрителей вышла из границ, когда оба судна подошли к форту и стали около него на якорь. Мексиканцы вышли победителями, техасцы понесли поражение, от которого едва ли они будут в состоянии оправиться.