-- Ягуар?! -- воскликнул капитан с крайним изумлением. -- Разве он не умер?
-- Зачем же ему умирать, когда ты сам жив! Ну-ка, скажи, это тебе, значит, не по вкусу, ну? Надо сказать правду, ты сделал все, что зависело от тебя, чтобы убить его, и если он, слава Богу, жив, то, точно, ты тут не виновен.
Эти слова были проникнуты такой язвительностью, что раздражение капитана Мелендеса достигло высшей степени.
-- Должно быть, ваш главарь хотел мне доставить особую пытку, -- сказал он с презрением, -- что приставил ко мне такую скотину, как ты.
-- Ну, ты ошибаешься в нашем вожаке. Он заставил меня наблюдать за твоим здоровьем, заботиться о тебе самым трогательным образом, -- отвечал иронически Руперто.
-- Ну так ступай, ты мне не нужен, мне нужен только покой.
-- К вашим услугам, дорогой капитан, располагайтесь, как вам угодно, -- насмешливо взяв под козырек, отвечал на это Руперто. -- Если ты не хочешь моей помощи, то я умываю руки во всем, что после этого случиться. Насильно мил не будешь.
И отвесив иронически-почтительный поклон, Руперто повернулся и удалился, бормоча про себя:
-- Как жалко, что капитан не хочет повесить этого молодого человека приятной наружности. Это так скоро и легко сделать.
Оставшись один, капитан Мелендес опустил голову на руки и старался привести в порядок свои расстроенные во время его продолжительного обморока мысли.