-- Умрем с тобой, капитан! -- отвечали в один голос матросы, выстраиваясь перед мексиканцами.
-- Отец, -- проговорила молодая девушка, -- неужели вы допустите, чтобы я живая попала в руки этого кровожадного тигра.
-- Нет, -- отвечал Транкиль, целуя ее бледный мраморный лоб. -- Возьми, дитя мое, мой кинжал.
-- Благодарю! -- проговорила она, беря кинжал, и глаза ее засверкали радостью. -- О! Я теперь умру свободной!
Чтобы не дать окружить себя, техасцы стали спиной к отвесной скале и сомкнутым строем ожидали атаки мексиканцев.
-- Сдавайтесь, собаки! -- закричал Белый Охотник За Скальпами.
-- Ты сам собака! -- отвечал капитан Джонсон. -- Разве люди, подобные нам, сдаются.
-- Вперед! -- с пеной у рта прохрипел Охотник За Скальпами. Мексиканцы бросились на неприятеля с неописуемой яростью. Разгорелась жестокая битва -- тридцать человек бились против трехсот. Началось беспощадное избиение людей, никто не просил и не надеялся на пощаду. Техасцы были уверены, что падут все, и потому дрались как львы, дорогой ценой решившись продать свою жизнь.
Через двадцать минут, которые показались целой вечностью, из тридцати техасцев в живых осталось только двенадцать человек, восемнадцать пало. Остались капитан Джонсон, Транкиль, Квониам и девять матросов, совершавших чудеса храбрости.
-- Наконец-то! -- едва слышно, хрипя, проговорил Охотник За Скальпами, пробираясь, чтобы схватить Кармелу.