-- Я заключаю это из того, что повреждения ветвей сделаны на расстоянии трех футов от земли, и думаю, что эти следы оставило преследуемое кем-нибудь животное, бросившееся в просеку.
-- Гм! Предположение это очень далеко от истины; в пустыне умеют так же хорошо лазить, как и ходить. Осмотрите внимательно эти ветви, и вы увидите, что они умышленно свиты между собою, тогда как животное только содрало бы кору.
-- Это правда, -- отвечал молодой человек, -- я бы не заметил этого.
-- Чтобы быть хорошим охотником, надо все замечать, -- сказал Валентин. -- В этом-то и состоит наше ремесло, в котором вы, по всей вероятности, не будете иметь надобности.
-- Быть может, отец мой, но я чувствую большую склонность к этому ремеслу.
-- Все хорошо, что ново! Этот юношеский пыл скоро у вас остынет, дитя мое; но возвратимся к нашему разговору. Ветви сломаны человеком, который лез по ним. Вот посмотрите на этот след -- не правду ли я вам сказал?
-- Это след ноги человека! -- вскрикнул Луис с удивлением.
-- Да, но скажите мне, чей это след? Индейца или охотника?
-- Ну, это невозможно, отец мой, ведь все же ноги имеют сходство между собою; разве не одну и ту же обувь носят и индейцы, и охотники?
-- Да, это правда, но, во-первых, мы носим ее иначе, во-вторых, у нас походка совсем другая, наконец, в устройстве ноги индейца и охотника есть разница. Это след индейца, который шел на войну.