-- Но как же мог я иначе поступить?
-- Я думал, что вы просто забыли отправить нарочного, что было бы для нас великим несчастьем.
-- Конечно, но успокойтесь, нарочный отправлен. Скажу вам откровенно, что, вмешиваясь в это дело, я знал, что мне предстоит иметь дело с тонким мошенником, а потому я принял всевозможные предосторожности; понятно, что на будущее время я буду поступать не менее благоразумно. Не скрою от вас, что я намерен употребить маленькую хитрость: через три дня отряд мормонов засядет в Прыжке Лоси, и затем я выполню в точности все то, о чем говорил вчера Ионафану Моберту.
-- Слава Богу! Какое-то бремя свалилось с груди моей. Я знаю, что вы страшно беспечны, мой друг, в делах, касающихся вас лично, вследствие чего я и заподозрил вас в подобной оплошности.
-- Это правда, я несколько беспечен, если речь идет о моей личности, но в то же время я отношусь совершенно серьезно к делу, касающемуся моей чести, которая, благодаря Бога, осталась до сих пор неприкосновенною.
-- Никому это так не известно, как мне, мой друг, -- сказал Джемс Форстер, протягивая Грифитсу руку, которую тот пожал с чувством.
В это время дверь, или, скорее, плетенка хижины, приподнялась, и вошел лейтенант Маркотет.
-- А, это ты, Маркотет! -- сказал Грифитс. -- Ну что? Какие новости?
-- Все идет хорошо, капитан. Молодой человек, слуга двух дам, которых мы вчера привезли, желает говорить с вами.
-- А! Хорошо, пусть войдет.