-- Вот тебе письмо, Пелон, -- сказала донна Розарио, обращаясь к молодому человеку, лицо которого сияло от восторга при сознании, что ему доверяют такое серьезное поручение. -- Ты должен вручить его Валентину Гиллуа в собственные руки.
-- Положитесь на меня, сеньора, я доставлю его или умру.
-- Поезжай, Пелон, поезжай, мой друг, мой брат, поезжай, и да хранит тебя Бог!
Молодой человек вежливо поклонился и вскочил в седло с ловкостью и проворством, которые ручались в успехе возложенного на него поручения.
Если бы капитан Кильд увидел теперь этого прекрасного молодого человека, с сверкающим взглядом, грациозными манерами и твердой посадкой на лошади, он, без сомнения, не узнал бы в нем бедного Пелона, с которым он привык обходиться с таким презрением.
Но тогда он был жалкий невольник, между тем как теперь он был свободен и чувствовал, что он также человек.
Почтительно раскланявшись с донной Розарио и капитаном, он пустил лошадь охотничьим галопом и выехал из лагеря, ворота которого были для него отворены. Пять минут спустя он исчез с горизонта.
-- Как мне нравится этот красивый молодой человек! -- весело сказал капитан, обращаясь к донне Розарио. -- Довольны ли вы, сеньорита? -- прибавил он. -- Все ли я исполнил, что обещал вам ночью?
-- О да, сеньор! Вы слишком добры и внимательны, чтобы я не заплатила вам за все это моей искренней признательностью.
-- Теперь я, кажется, бесполезен для вас, все зависит от вашего посланного.