Несчастные дрожали от страха и холода, их жалкий вид невольно возбуждал сострадание.
Валентин отозвал вождя Воронов в сторону; переговорив несколько слов вполголоса и пожав друг другу руку, они расстались.
Валентин просил Анимики позволить женщинам и детям взять свою одежду.
Вождь Воронов считал себя слишком одолженным помощью охотников, чтобы отказать в такой незначительной просьбе их начальнику, который притом не мешал ему воспользоваться добычей.
Анимики хорошо понимал, как было для него полезно жить в ладу со своим могущественным союзником, а также, что, полагаясь на собственные силы, он никогда не успел бы овладеть лагерем.
Вследствие таких соображений он поспешил отдать приказание возвратить в целости женщинам и детям все их вещи.
Это распоряжение тотчас же было исполнено в точности.
Валентин Гиллуа собрал охотников, велел навьючить вещи невольниц на нескольких мулов; потом, простившись с вождем Воронов, он удалился со своим отрядом, в середине которого находились женщины и дети.
Охотники направились к Воладеро.
Несчастные невольницы не знали, в какие руки они попали; они думали только о том, что у них теперь другие хозяева, и со страхом ожидали неведомого своего будущего.