Он задумчиво вернулся в асиенду, где все еще спали Слуга доложил, что Наваха давно ожидает его.
Приказав тотчас же ввести авантюриста в кабинет, Юлиан радушно встретил его и горячо благодарил за оказанную услугу.
-- Я, может быть, отгадал, -- продолжал он, смеясь и закуривая сигару, -- что привело вас таким ранним утром в асиенду. Вы, наверное, пришли напомнить мне о моем обещании?
-- Признаюсь, сударь, вы правы, -- с некоторым смущением отвечал Наваха, -- хотя мне довольно неприятно в этом сознаться.
-- Отчего же? Мы заключили соглашение: вы честно исполнили ваши обязательства, я обязан поступить точно также. Требование ваше совершенно законно.
-- Да, с деловой точки зрения, разумеется, но приличие требовало бы, чтобы я не был так назойлив. Правда, у меня есть оправдание, я бы мог указать на причину, заставившую меня так грубо навязываться, но она так необыкновенна, что, право, я не решаюсь назвать ее.
-- Говорите! -- улыбаясь, сказал Юлиан.
Наваха находился в сильном раздумье. Лицо его было бледно, что-то, видимо, тревожило его.
-- Сударь, -- спросил он наконец тихим голосом, -- верите ли вы в предчувствия?
-- В предчувствия? -- переспросил удивленный Юлиан.