Отец и мать Денизы сидели по правую сторону камина, окруженные знакомыми, Дениза сидела за прялкой в кругу остальных девушек.
Когда Юлиан вошел, все работали и весело разговаривали; Фелиц Оианди с нахальной усмешкой что-то рассказывал в группе молодых людей.
Юлиан, не обращая на него внимания, прошел через всю комнату и, поздоровавшись с отцом и матерью девушки, ласково приветствовал Денизу, и подошел к тем молодым людям, с которыми был дружен.
Однако при появлении Юлиана произошло заметное смятение среди присутствовавших. Все обратились в его сторону: молодые девушки шептались и хихикали, глядя на него, молодые люди прекратили свой разговор, заметное молчание воцарилось на несколько минут, точно все ожидали чего-то.
Но это волнение длилось недолго. Вскоре разговоры и хохот возобновились во всех углах еще громче прежнего.
Время шло, было уже около одиннадцати часов, некоторые девушки стали складывать свою работу, наставала пора расходиться по домам.
В это время Фелиц Оианди подошел к камину и, наклонившись к Денизе, подкладывавшей дрова в огонь, сказал:
-- Сударыня, кажется, дрова плохо горят, позвольте мне подложить это полено...
И он положил свое полено в то место, где огонь ярче горел.
Мертвая тишина воцарилась в зале, все ждали -- кто с замиранием сердца, кто просто с любопытством, -- что произойдет.