Графиня была бледна и грустна: в ее ушах продолжал звучать предсмертный крик несчастной донны Люс. На расспросы сына она отвечала, что ей нездоровится, Она не хотела упоминать при Ванде о страшном происшествии.
Выражение лица Армана убедило ее, что ему известны уже подробности несчастья.
Сказав Ванде и Люси, чтобы они ее подождали, она взяла сына под руку и вышла с ним в соседнюю со столовой гостиную.
-- Ты знаешь все? -- спросила она, в изнеможении падая в кресло.
-- Да, матушка... Это я остановил лошадь. Но, к сожалению, убийца успел бежать.
-- Ужасно, ужасно! -- прошептала, заплакав графиня. Но рассказывай, что знаешь, я же расскажу тебе, что тут случилось.
Граф описал посещение свое полицейского комиссара. Графиня похвалила его за данное им объяснение по поводу визита несчастной женщины, и обещала давать показания в том же смысле.
-- Не нужно, -- сказала она, -- раскрывать тайну этого ужасного преступления... Бедная! Она предчувствовала свою гибель!.. А я отказывалась ей верить!
-- Но кто же была эта женщина? Вы ее знаете?
Рыдания мешали ей говорить. Наконец она сказала: