-- Вы улыбаетесь и опять качаете головой, что же вы предполагаете?
-- Я ничего не предполагаю, Филипп; сохрани меня Бог предполагать что-нибудь. Вы молоды, вот и все, а страсти молодости не похожи на страсти зрелого возраста; скупость -- порок стариков.
Филипп слегка покраснел и в замешательстве потупил голову, но, тотчас совладав с собой, сказал:
-- Ничто не мешает, любезный Монбар, обратить против вас ваши же собственные слова.
-- Каким образом, друг мой?
-- Вы любите деньги еще меньше меня: если бы вы захотели, то давно стали бы первым богачом среди флибустьеров.
-- Вы правы, друг мой, я не люблю деньги.
-- Хорошо; значит, и вам не удастся убедить меня, что вас толкает на эту экспедицию надежда на поживу.
-- Я не стану уверять вас в этом.
-- А! -- воскликнул Филипп, смеясь. -- Стало быть, вы преследуете иную цель?