-- Я очень этого желаю, но о чем?
-- О том, каким образом мы проберемся в Маракайбо и как там будем себя держать; вы не находите, что этот предмет интересен для нас?
-- Да, конечно, но я не смею приступить к нему без вашего согласия.
-- Очень хорошо; говорите, друг мой, я вас слушаю.
-- Должен вам признаться, любезный Монбар, что при моем необразованном уме и недостатке воображения я предпочел бы, чтобы именно вы потрудились составить план, который затем объяснили бы мне и который я был бы готов исполнить; это очень упростило бы мою задачу.
-- Вы возводите на себя напраслину, друг мой, -- ответил Монбар с тонкой улыбкой, -- но если вы непременно этого желаете и дабы не терять драгоценного времени на ненужные комплименты, я охотно представлю вам выработанный мною план, который, разумеется, мы обдумаем вместе.
-- Ваше здоровье!
флибустьеры чокнулись стаканами, опорожнили их, и Монбар снова заговорил:
-- Могу я говорить с вами откровенно и без всякой сдержанности? -- осведомился он, вопросительно взглянув на Филиппа.
-- Сделайте одолжение.