Сакаплата поднял унцию, спрятал ее в карман и, перекрестившись, пробормотал себе под нос:
-- Ну, тебе, пожалуй, понадобится куда больше унций, чтобы залечить твои раны!.. Ба-а! -- добавил он с зловещим смехом. -- Теперь это, впрочем, уже дело Эль-Бюитра; пусть они там устраиваются, как хотят!
Выехав за ворота месона, дон Себастьян разделил всю кавалькаду на три отряда. Первый отряд составили двое слуг, которым было приказано с ружьями наготове ехать впереди; второй отряд, тоже из двоих слуг, образовал арьергард, а составлявшие третий отряд полковник и дон Корнелио, обступив донью Анжелу, следовали в середине. Покончив с этим, полковник скомандовал: "рысью", и все три отряда быстро помчались навстречу грозившей им опасности.
Между тем оба незнакомца остались в месоне.
Они довольно долго следили глазами за маленькой группой, а затем, как только лошади съели корм, взнуздали их и стали затягивать подпруги.
-- Послушайте, дон Луи, -- сказал, наконец, младший из незнакомцев, -- у меня так тяжело на сердце, что я непременно должен сказать вам, что меня гнетет, хотя бы вы и рассердились.
-- Говорите, друг мой, -- отвечал его спутник с грустной улыбкой. -- Да я и сам знаю, что заставляет вас задуматься.
-- Может быть, хотя, признаюсь вам, меня это удивляет.
-- Ну, слушайте, Весельчак... Вас, конечно, очень интересует, да и не могло не интересовать, почему я так грубо разговаривал с этим господином, которого всего только минутой раньше увидел в первый раз в своей жизни.
-- Верно! Сколько я ни ломал себе голову, так и не мог объяснить, чем вызвано было ваше странное поведение...