А днём у неё одно очень важное общественное дело. Его поручила ей Оксана. Марина и горда этим поручением и взволнована. Как жалко, что мама уже ушла! Ещё раз поговорить бы с ней об этом.
Марина задумывается, положив на руку голову и глядя в окно. Как хорошо, когда идёт снег!.. И вчерашний разговор с Оксаной и эта ясно-белая зима — всё сливается для неё в одно чувство, которое необходимо выразить, необходимо сейчас же кому-то передать…
Марина накидывает халатик и достаёт с полки дневник. Потом кладёт его на место и берёт скрипку. Играет две-три фразы из концерта. Нет, не то — сейчас хочется сыграть что-то другое. Вот такое мягкое, снежное, спокойное. Вот идёт снег, тихо, вот скрипнули санки; ребята побежали на лыжах, так что ветер засвистел в ушах… Они бегут весёлые, счастливые. Им так хорошо живётся на свете!..
Марина играет и вдруг останавливается в недоумении. Что же это она играла? Кажется, своё что-то. Может быть, записать? Нет, не стоит, пожалуй. Или попробовать?
Марина достаёт нотную тетрадку по сольфеджио, отыскивает чистую страницу и начинает писать. Ей и раньше случалось играть что-то своё, но она никогда не записывала. А это, оказывается, нелегко.
Марина снова и снова берётся за скрипку, ловит ускользающую музыкальную фразу и поспешно записывает. Постой, что-то напоминает ей мелодия, что-то знакомое… Ах да, напоминает ту русскую песню «Не белы то снеги», которую они готовят с оркестром. Но это всё-таки не то. Та песня — вся протяжная и немного грустная, а у неё она становится к концу такой радостной!
Ну вот, записала. Наверно, куча ошибок. Но ведь это её первая записанная песня. Понравится ли она другим, неизвестно, но самой Марине она сейчас очень нравится — так нравится, что даже жалко с ней расставаться.
Марина прячет нотный листок в свой дневник и садится за стол.
Она должна ещё раз обдумать Оксанино поручение, собраться, подготовиться.
Ведь она пойдёт сегодня к своим первоклассникам беседовать о товарище Сталине.