«Давно это было, очень давно, — поёт Маринина скрипка. — Давно это было… Я пела эту песню в старом оркестре, в старом крепостном оркестре. И играл на мне крепостной музыкант. Был бы он, может быть, большим артистом, да не было ему пути. Не свободны были руки артиста. Не угодит музыкант помещику — и отнимет он у него поющую скрипку и пошлёт на чёрную, подневольную работу. А скрипку запрёт на замок. Только песню не запрёт. И звучит песня, поёт её народ…»
Всё. Кончилась песня. Хлопают. Дирижёр повернулся к публике, кланяется.
И вот он снова взмахнул палочкой. Плясовая! Ух, как быстро забегали по струнам детские пальцы, как замелькали смычки!
Весело и звонко звучит в Марининых руках старая скрипка. Нет, теперь её не запрут на замок. Играй, девочка, играй!
Кончили. И вот снова появляется в глубине сцены хор.
— «Песня о Сталине»! — объявляет Оксана. — Исполнит объединённый хор и оркестр.
Дирижёр взмахнул палочкой — и словно волна пробежала по залу, так сильно и торжественно зазвучали голоса детей. Им вторят голоса скрипок, голоса виолончелей… Хор и оркестр на самом широком и сильном звуке исполняют «Песню о Сталине»:
На просторах Родины чудесной,
Закаляясь в битвах и труде,
Мы сложили радостную песню