И разве можно было бы жить без скрипки?
У скрипки длинный светлокоричневый блестящий корпус. Верхняя дека её — тёмная, нижняя — посветлее и вся в прожилках. Такие же нежные прожилки есть и на шейке скрипки и на её боках — обечайках.
«Как запылилась! — подумала Марина, разглядывая скрипку. — Удивительно, что Алексей Степаныч не заметил! Просто, наверно, не хотел ругать за всё сразу».
Марина осторожно протёрла скрипку чистой тряпочкой, набрала на ватку немного вазелина, смазала верхнюю и нижнюю деки и тщательно пополировала их суконкой.
Тёмное дерево начало блестеть и переливаться.
Марина уложила скрипку в футляр и достала смычок. Смычок длинный, лёгкий, с перламутровым глазком на конце колодочки.
Говорят, он сделан из дерева фернамбука. Дерево с таким названием растёт, наверно, в какой-нибудь сказочной стране. Но смычок — пусть он даже из дерева фернамбука — всё равно ничего не смог бы сделать, если бы не волос, белый, упругий, хорошо промытый волос. Марина знает, что это конский волос. Она живо представила себе, как скачет в степи весёлый жеребёнок. Грива его и хвост развеваются по ветру, в ушах свистит ветер. А теперь проканифоленный длинный волос натянут на смычке, и когда он прикасается к струнам, они звучат!
А корпус скрипки сделан из хорошо просушенного, выдержанного дерева ёлки и клёна: верхняя её дощечка — дека — из елового дерева, а нижняя — из клёна.
Ёлка стояла в лесу, её грело солнце, над ней пели птицы, дятел постукивал о её кору. А зимой она спала под мягким снегом.
Снег шуршал, осыпаясь, по веткам. А вокруг поскрипывали, трещали от мороза деревья.