Но в таких шатких и мало логических доводах было слишком мало дельной, настоящей соли. Хотелось быть не первой, не последней, а просто -- вне этого "заколдованного мира"! Клавдии вспомнилось: она где-то читала, что есть, без смеха, один город, замечательный только тем, что все без исключения "серые" жители его -- сифилитики.
"Как странно, однако, и вместе с тем разумно устроено, что "подобные" страдания посещают одних "развратников" обоего пола и ведут от них свое "родословное" дерево. Почему именно эта позорная, "местная" болезнь поражает всех нас, а не какая-либо другая?" -- старалась объяснить себе Клавдия.
Однажды на врачебном "смотру" и освидетельствовании "невинности" здоровья "ремесленниц" молодой врач-специалист, осматривавший Клавдию, заметил на ее спине подозрительные пятна. При наличности других, найденных им тут же "ясных данных": припухлости лимфатических желез, красноты в горле, врач заявил Льговской грустно: "Вы больны; вам придется лечь сегодня же в Мясницкую больницу". И, взяв листок-паспорт Клавдии, доктор сделал на нем пометку: "Больна. Сифилис. Отправить для лечения".
Клавдия не была очень опечалена "рецидивом": она ждала его, но ее терзала боязнь мучительного лечения, которое будет теперь еще болезненнее и чувствительней, так как "нервы" были другие, надорванные.
Узнав о предстоящей временной разлуке, такой обычной в этих домах, подруги очень жалели добрую и разбитную Клашку. Грустила об ее болезни и сама мадам; она далее забыла при этом, что "воспитанница" ее была уже не та, и что доходность ее тела за последнее время значительно упала.
Собрав свои жалкие пожитки и взяв у хозяйки на всякий случай десять рублей, Клавдия отлетела в Мясницкую больницу... Подруги же ее вечером в "зале" на вопрос знакомых "гостей": "Где Клавдия?" говорили: "Отправилась на родину".
XI
МЯСНИЦКАЯ БОЛЬНИЦА
Огромное, старое здание "дикого" цвета, выходящее своим главным фасадом не на улицу, а на двор, было переполнено больными, страдавшими исключительно "поражениями" кожи: экземой, сикозисом, волчанкой, но главный контингент его составляли венерики всех сортов и званий; особенно в Мясницкой больнице было много "несчастных" женщин. На всякий случай для них там было ассигновано 300 кроватей.
Клавдия заболела летом, и больных, сравнительно с зимой, в "Бекетовке" (прозвище Мясницкой лечебницы) было мало.