От этого брака родились два сына и три дочери. Младший из сыновей - Чарлз Роберт, будущий преобразователь науки - впервые увидел свет 12 февраля 1809 года в городе Шрюсбери, где его отец занимался практикой.
Детство свое Чарлз провел в Шрюсбери. Мать его умерла в 1817 году, когда ему было 8 лет; о ней не осталось у него никаких воспоминаний.
Зато отец имел большое значение в его жизни. По крайней мере, он сумел возбудить величайшую привязанность к себе со стороны сына. Обо всем, что касалось отца, о его занятиях, привычках, обстановке сохранилось у Чарлза замечательно ясное воспоминание. Он отзывался о нем как об "умнейшем человеке, которого когда-либо знал", восхищался им и безусловно верил всему, что слышал от него.
Между тем, как увидим ниже, отец относился к нему не всегда справедливо.
Эта несправедливость вызывалась плохими успехами Чарлза в науках. Он был неспособен к школьному обучению и не чувствовал к нему никакой охоты. На девятом году отдали его в элементарную школу; тут он оставался год и значительно отставал в успехах от своей сестры Катерины; в следующем году перешел в гимназию доктора Бётлера, где пробыл семь лет.
"Ничто не могло быть вреднее для моего духовного развития, чем школа доктора Бётлера, - говорит Дарвин в своей автобиографии, - потому что преподавание в ней имело характер исключительно классический".
Главным образом, конечно, в ней налегали на языки - а Дарвин никогда не мог хорошо овладеть ни одним языком.
Большое значение придавалось писанию стихов - Дарвин не имел ни капли стихотворного таланта и, хотя в молодости с удовольствием читал некоторые оды Горация, исторические драмы Шекспира, "Потерянный рай" Мильтона и тому подобное, но впоследствии положительно не выносил поэзии.
Вообще, в школе преподавалось именно то, к чему он был неспособен, и не было того, что могло бы его заинтересовать. Вследствие этого ученье шло довольно туго. Ненависть к классическому образованию и недоверие к школам вообще - вот, кажется, все, что вынес Дарвин из гимназии Бётлера. "Никто не ненавидит больше меня старое стереотипное бессмысленное классическое образование", - говорил он впоследствии.
Но параллельно с этой бесполезной муштровкой шло обучение в другой, более обширной школе. Любовь и интерес к природе обнаружились у Дарвина очень рано, лет с восьми. Сначала они могли выразиться, разумеется, только в виде коллекционерской и охотничьей страсти. Он собирал растения, минералы, раковины, насекомых, даже печати, автографы, монеты и тому подобное, рано пристрастился к рыбной ловле и целые часы проводил с удочкой, - но особенно полюбил охоту.