В конце июня князь Гагарин приехал в Вену, чтобы далее проследовать в Россию. Он вез радостное известие о двукратном поражении Макдональда на Требии.
Князь явился к графу Разумовскому.
-- О прибытии вашем с важными известиями побед, -- сказал посол, -- будет мною сообщено сегодня же барону Тугуту. Полагаю, что без всякого промедления, князь, вы получите аудиенцию у императора Франца. Однако, между нами, в политической погоде чувствуется перемена. Действия фельдмаршала не находят прежнего одобрения. И в самых дружественных отношениях Австрии и России ощущается некое охлаждение. Думать должно, что сие временно. И, конечно, лично на вас ничем не отзовется.
Князь Гагарин поклонился. Видимо, сообщение Разумовского принял он совершенно равнодушно.
Зато с живостью спросил он:
-- Где граф Рибопьер? Мне необходимо видеть его сегодня же!
-- Кавалер посольства граф Рибопьер ежедневно бывает или, по крайней мере, должен бывать, в моей канцелярии, -- сказал посол. -- Что, вы родственники?
-- Нимало. Ни в каком родстве не состоим.
-- Или, может быть, друзья?
-- Я его никогда не видал.