-- Что такое? Что такое? -- встревожился Кутайсов. -- Уж не пожар ли?
-- Революцию, конечно, можно уподобить пожару, -- сказал Аргамаков.
-- Революцию? Что хотите вы этим сказать? -- изумился Кутайсов.
-- Ужели вы ничего не знаете? Но, очевидно, не знаете, если я вас застаю спокойно сидящим в шлафроке. Почему вы не у госпожи Шевалье?
-- Сегодня такой ветер и... холод... я боялся простудиться... А я дурно себя чувствую... -- растерянно говорил Кутайсов, начиная дрожать от головы до ног.
-- Ужели вы не нашли на вашем столе сегодня траурного письма?
-- Траурное письмо?.. Я столько получаю писем... Ба! Я и забыл о нем... Я положил его в карман этого Шлафрока... Да, вот оно...
И Кутайсов достал из кармана измятый траурный куверт.
-- Оно даже не распечатано? -- вскричал Аргамаков, -- Итак, вы ничего не знаете?
-- Ничего! Видит Бог, ничего.