-- Ещё бы ей не радоваться, заметила Федосья, -- сын думал в Сибирь угодить, а по милости Государыни на волю отпустили.
Следствие было поручено новому сыщику, который отобрал указания Карнеевой, и полиция немедленно накрыла жида. Он признался, что купил серьги у Лавра и продал их богатому тверскому купцу. Федосью и брата её отвели в тюрьму, где ещё недавно томился Митя; квартальный надзиратель и сыщик были наказаны по закону за пристрастие и подкуп. Государыня, узнав об исходе дела, приказала выдать двести рублей невинно пострадавшему башмачнику.
Опять зажилось хорошо в трактире. Арина Ефимовна скоро оправилась и до глубокой старости говорила с обожанием об императрице. Совершится ли, бывало, у ней на глазах какое злоупотребление: "Эх, -- скажет она, -- не стало нашей матушки! Довести бы только до неё, и несдобровать бы мошенникам! Правду любила!"
Впервые в журнале "Детский Отдых" в июле 1885 г.