Но Марья Павловна не слишкомъ торопилась исполнить данное обѣщаніе. Послѣ встрѣчи, такъ давно и такъ горячо ожидаемой, мысли ея не успѣли придти въ порядокъ, и она не могла отдать себѣ отчета въ собственныхъ чувствахъ. Ея воображеніе не успокоилось; въ немъ воскресъ волшебный сонъ прошедшаго, и вмѣстѣ съ нимъ надежды.... Она не была далека отъ мысли что Образцовъ не переставалъ ее любить попрежнему; отмститъ ли она ему за прошлыя оскорбленія, которыя лежали еще такъ тяжко на ея душѣ? или не вспыхнетъ ли и ея сердце подъ токомъ страсти?...
Обстоятельства приходили ей за помощь, чтобы поддержать ее въ романическомъ настроеніи духа. Она назначила свиданіе мужу какъ любовнику, и сама собой сбывалась ея мечта о загородной прогулкѣ; и ей мерещились длинныя аллеи, въ ея умѣ мелькали стихи Пушкина или Мицкевича. Она устроивала свиданіе то въ одной, то въ другой подмосковной: въ Сокольникахъ и въ Паркѣ было слишкомъ многолюдно; Останкино потеряло для нея свою прелесть, потому что было ей слишкомъ знакомо, и послѣ долгихъ колебаній она остановилась на Царицынѣ, гдѣ еще никогда не бывала. Ей вспомнилось что въ первый годъ замужества она собиралась провести тамъ день съ Образцовымъ, но поѣздка не состоялась. Думала ли еще такъ недавно Марья Павловна что она состоится, наконецъ, и что они поѣдутъ вмѣстѣ въ Царицыно?
Иногда ею овладѣвало безотчетное и глухое безпокойство. Безсознательная, можетъ-быть, надежда сойтись съ мужемъ таилась нѣсколько лѣтъ въ ея сердцѣ за негодованіемъ, за озлобленіемъ; и вотъ наконецъ ея мужъ дѣлаетъ самъ первый шагъ къ сближенію, и она спрашиваетъ себя: "любитъ ли она его?" и ей страшно ея спокойствіе, ея равнодушіе. Ей иногда хотѣлось бы уѣхать куда-нибудь далеко, далеко, подальше отъ него....
Въ одну изъ такихъ минутъ безнадежности и недоумѣній, нп зная куда уйти отъ самой себя и съ кѣмъ подѣлиться своими чувствами, Марья Павловна вошла къ сестрѣ.
Она была очень къ ней привязана, и готова серіозяо съ ней подружиться, еслибы та, съ своей стороны, умѣла отвѣчалъ на ея дружбу. Но Кети была исключительно занята собой. Она перестала говорить о поѣздкѣ за границу, не жила почти дома, и мало видалась съ сестрой, но успѣла намекнуть нѣсколько разъ на то что Маша хорошо бы сдѣлала, еслибы сошлась съ мужемъ. Марья Павловна не могла понять почему мнѣніе сестры такъ быстро измѣнилось, и почему, получивъ деньги, она не собиралась за границу. Кети видѣлась ежедневно съ глазу на глазъ съ Моранжи, а Марья Павловна, избѣгая его, не подозрѣвала что устраивала свиданія, принявшія уже характеръ ей извѣстный изъ французскихъ романовъ.
-- Кети, ты опятъ куда-то собираешься? сказала они, взглянувъ на шляпку, лежавшую на туалетномъ столѣ.
-- На Кузнецкій мостъ, Маша.... Надо непремѣнно... А что?
-- А мнѣ хотѣлось съ тобой поговоритъ... Но никакъ не выберешь времени....
Кети сѣла противъ нея.
-- Говори.... я могу подождать.