Валерія.-- Почему же вы полагаете, что она мнѣ необходима?
Шагаровъ.-- Да хоть потому, что вы сегодня не въ духѣ.
Валерія (смѣясь).-- То-есть я не въ духѣ потому, что она мнѣ необходима, и она мнѣ необходима потому, что я не въ духѣ?
Шагаровъ.-- То-то и есть, Валерія Николавна! Этакъ, видно, не проживешь: добрыя дѣла сами-по-себѣ, а молодость сама-по-себѣ. Вотъ хоть бы, напримѣръ, этотъ процесъ: безъ вашей помощи вѣдь просто приходилось въ петлю лѣзть. Ну выигранъ процесъ -- мнѣ хорошо, а вамъ-то что? Мы ли васъ не любимъ, а вамъ въ этомъ толку мало. Посмотрите на себя: ни грустны, ни веселы, такъ-себѣ живете.
Валерія.-- Что, вчера долго еще сидѣли у Нины послѣ моего отъѣзда?
Шагаровъ.-- Часовъ до двухъ, Я уѣхалъ съ Смольневымъ... Вы, кажется, вчера съ нимъ поссорились, если вы, впрочемъ, способны съ кѣмъ-нибудь поссориться?
Валерія.-- Онъ объ этомъ говорилъ?
Шагаровъ.-- Со мной? Кажется, онъ хотѣлъ объ этомъ поговорить... однакожь ничего не сказалъ. А какъ вы спорили! Я въ первый разъ васъ видѣлъ почти-разсерженной. Вѣдь Смольневъ крутъ: ну, что бы, кажется, стоило вамъ уступить? И о чемъ это у васъ шла рѣчь?
Валерія.-- Ничего, такъ; Смольневъ несовсѣмъ-ясно выразился, а я несовсѣмъ поняла... Вы не знаете, онъ будетъ сегодня?
Шагаревъ.-- Непремѣнно, но я его не дождусь. (Берется за шляпу). Сейчасъ ѣду домой и пишу матери, что, но вашей милости...